Дмитрий Медведев: таможня должна быть механизмом помощи и поддержки предпринимательства,а не барьером

Как выяснилось, большая часть данных им за последние три года поручений по стимулированию активности инвесторов до конца не выполнена. Особое недовольство президента в очередной раз вызвала таможня

Вопрос об инвестиционном климате за четыре года президентства Дмитрия Медведева поднимался на различных совещаниях по несколько раз в год. Вчера господин Медведев сообщил, что, несмотря на все заседания, «ситуация существенно не улучшается». Однако у него нашлись и добрые слова про то, что «по итогам прошедшего года рост инвестиций в основной капитал составил более 6%». «Явно какой-то прогресс наблюдается,— отметил господин Медведев,— но сам по себе результат, я думаю, никого из присутствующих удовлетворить не может». И поэтому он решил еще раз сформулировать основные проблемы инвесторов. Оказалось, что их больше всего мучает запутанность административных процедур, связанных с утверждением документации по инвестиционным проектам,— из-за проблем с выделением земельных участков и их подключением к коммуникациям; из-за тарифной политики естественных монополий; из-за системы контроля промышленной безопасности и, наконец, из-за сложностей с таможенными службами.

О последнем президент предложил «поговорить отдельно». Напомним, что 30 октября 2011 года, на встрече с молодыми инноваторами, президент признался, что, когда слышит про таможню и ее «дурацкие» требования, ему «хочется взять и кинуть микрофон в стенку». После чего он пригрозил таможенной службе «радикальными изменениями». Однако до них пока дело не дошло. Дмитрий Медведев напомнил: «Задача таможни не заключается в том, чтобы только собирать денежные средства в казну. Таможня должна быть тоже интегральным механизмом помощи и поддержки предпринимательства в стране, а не барьером».

Глава ассоциации РАТЭК Александр Онищук представил основные претензии предпринимателей к таможне: «Мы не как партнеры рассматриваемся, а как потенциальные нарушители». Затем он сообщил, что задача таможни — по-прежнему выбивание денег. Господин Онищук предложил создать специальный экспертный орган для правильной классификации товаров. А также ввести ответственность за действия или бездействие таможенных органов, приводящих к убыткам предпринимателей. «Таможню нельзя назвать угрозой для инвестиционного климата, но и реальным помощником она не стала»,— неожиданно снизив накал выступления, подытожил господин Онищук. Его выступление возмутило главу Федеральной таможенной службы (ФТС) Андрея Бельянинова. «Я прошу отдельного доклада, чтобы не вступать в неконструктивную полемику,— обратился он к президенту,— Онищук входит в наш общественно-консультативный совет, но ни разу не затрагивал эти вопросы. Мы соберем совет и обсудим. Мы от бизнеса ничего не прячем!» Еще раз попросив у президента возможности отдельного доклада, господин Бельянинов выступил и против проекта решения комиссии: «В проекте решения почти все вопросы затрагивают таможенное регулирование, а у Набиуллиной в докладе по этой теме только два пункта!» В доказательство того, что ему есть, что сообщить президенту в отдельном докладе, глава ФТС сообщил: «37% компаний проводят одну внешнеэкономическую сделку, 77% компаний проводят операции с созданием фирм-однодневок. И только 20% компаний дают 70% таможенных сборов». Президент не отверг предложение главы ФТС и переключился на Ростехнадзор. «Многие бизнесмены, представители предпринимательского сообщества выражаются в том ключе, что Ростехнадзор, к сожалению, жмет еще сильнее и еще жестче, чем раньше, например налоговые инспекторы. Конечно, нам необходимо исключить чрезмерный контроль, а с другой стороны — сохранить и обеспечить безопасность не только строящихся, но и уже сданных объектов»,— рассказал господин Медведев и предложил внести изменения в систему контроля за промышленной безопасностью. Глава Ростехнадзора Николай Кутьин, в отличие от главы ФТС, претензии принял покорно и пообещал в этом году решить все проблемы инвесторов. Но на всякий случай объяснил, что количество проверок в 2011 году сократилось на 20%, а увеличение количества штрафов в три раза связано с проведением антикоррупционных мероприятий.

«Коммерсант»